Григорий Климов «Откровение». Глава 8

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

Леночка Берко нравилась не только мне. Помню, как-то раз подходит ко мне на улице совершенно незнакомый молодой человек, улыбается и говорит: "Вы меня, наверное, не знаете, а я Вас знаю. Почему я вас знаю? Потому, что Вы ходите с самой красивой девушкой в нашем городе – Леночкой Берко. Она из Индустриального института, как и Вы, а я из Водного, рядом".

Леночка действительно была красавицей, причём очень яркой, такой жгучей красоты южного типа. Как-то раз я спросил у неё, в кого это она такая уродилась и она беззаботно мне прощебетала: "Да у меня мама – гречанка, а папа – украинец".

Она была моя первая большая любовь. Дружили мы с ней 3 года и в мае 1941 я сделал ей предложение. Она сказала мне "да", таким образом став моей невестой...

А 22 июня "ровно в четыре часа, Киев бомбили, нам объявили, что началась война". Всю войну Леночка жила с моей матерью и бабушкой, как моя официальная невеста, но эта проклятая война нас всё же разлучила.

Прошли годы – Берлин, Штутгарт, Мюнхен, Нью-Йорк. В Америке, в 1956 году, уже во времена Хрущёвской оттепели, я решился написать ей письмо и отправил его по старому Леночкину адресу: СССР, Армавир, Халтурина 32. К моему удивлению ответ я получил не из Армавира, а из Ростова, от ее старшей сестры Ирины Константиновой, урожденной Берко. Ирина мне писала, что Леночка моя вышла замуж, родила двоих детей, но вскоре после этого, 4 декабря 1948 года, умерла...

Боже мой! Моя Леночка – умерла! А ведь ей было тогда только 28 лет! Красавица, умница – ведь она закончила химфак того же Индустриального института, который закончил и я в 1941 году. Я очень расстроился тогда. Мне было до боли жаль мою бедную Леночку.

Однако, время лечит... Через пару лет, в 1958 году, я женился на Аллочке Майковской, которая была очаровательным существом: милым, добреньким и послушным. Дома я всегда ласково называл ее Кисой. Прожили мы с ней 24 года и все считали нас идеальной парой. Но в возрасте 40 лет моя Киса начинает медленно сходить с ума и в конце концов стала даже угрожать мне огромным кухонным ножом...

Врачи называют это климактерическим помешательством. Главный симптом – ненависть к мужу. Муж становится врагом №1. Как обычно в таких случаях, кончилось всё разводом. И стал я тогда выяснять – как и почему моя Киса превратилась в шипящую полусумасшедшую пантеру.

Начал я расспрашивать её друзей, знакомых и вскоре узнал, что отец Кисы – тоже был полусумасшедшим, причём, как выяснилось, был он также и полуевреем. От него то, похоже, она и получила в наследство свою психическую болезнь.

А годы идут себе да идут. Уже и коммунизм в России развалился, и вместо него пришла демократия, точнее – ворократия. И вот, в 1990 году, решил я выяснить ещё кое-какие подробности и снова написал письмо: СССР, Армавир, улица Халтурина, но уже не 32, а 38 – там жил с женой младший брат Леночки – Геннадий.

Ответила мне жена Геннадия и вот что выяснилось – оказывается Леночка не умерла, а после родов второго ребенка у неё началась послеродовая депрессия в результате которой она покончила жизнь самоубийством. Повесилась! После этого муж Леночки, Сёма Саратиков, оказался в очень тяжелом положении: одинокий мужик с двумя маленькими детьми, причём один – новорожденный, а второму – всего полтора года. Таким детям спешно нужна была мать – вот Сёма быстренько подженился и вскоре порвал все отношения с семьей Берко.

Для меня это еще одна загадка. Почему старшая сестра Леночки – Ирина скрывала, что Леночка покончила самоубийством? Почему моя теща тоже скрывала, что ее муж был полусумасшедшим полуевреем. Похоже, психические болезни, как и еврейские корни – штука постыдная и все это стараются скрыть...

Меня поражает другое. Ведь я знал Леночку 3 года, и она была абсолютно нормальным человеком. Всю войну она прожила бок о бок с моей матерью и бабкой, и они тоже были о ней самого наилучшего мнения и, если бы не скандал с мотоциклом в Карлсхорсте, я бы женился на Леночке и вполне мог бы оказаться в таком трудном положении, как и её бедный муж Сёма. К тому же, теперь я знаю, что самоубийство матери частенько отражается на ее детях. Всё это вылезет, рано или поздно, и не известно ещё, чем все это закончится.

В общем, можно сказать, что здесь мне просто повезло. Бог, как говорится, отвёл. Хотя все это очень и очень печально. Ведь 10% рожающих женщин имеют послеродовые депрессии, которые могут закончиться самоубийством, или убийством мужа, или убийством детей.

* * *

Читаю я как-то в мае 1994 года в местной газете "Новое русское слово", что в клубе сионистов "Бнай Сион" выступает какой-то автор-исполнитель Виктор Борковский, далее в той же газете мелькают еврейские фамилии Берков и Беркович и одновременно по американскому ТВ выступают Давид Берк и Мишель Берк – оба еврейчики.

Тут меня и озарило! Взял я с полки "Литературную энциклопедию", Москва 1962, открыл на фамилию "Берко" и вижу там следующих литераторов:

1) Берков Павел Наумович
2) Беркович Ицхак-Дов, еврейский писатель (Израиль)
3) Берковский Наум Яковлевич

Все трое, как в народе говорят, с прожидью.

Вспомнилось мне также, что отец Леночки – Семён Берко, был главным бухгалтером Армавирторга, то есть всей торговой сети города Армавира. Работенка типично еврейская – учёт, торговля. И заговорила тут во мне кровь дяди Васи, следователя по особо важным делам при атамане Всевеликого Войска Донского.

Похоже, Сёма Берко, отец Леночки, тоже был либо евреем, либо полуевреем, а по золотой формуле профессора Ломброзо, знаменитого еврейского психиатра, потомка длинной линии раввинов и талмудистов, у евреев психических болезней в 6 раз больше, чем у других народов.

Вот это, очевидно, и стало причиной психической болезни Леночки Берко, которая и привела её к трагической смерти, хотя она скрывала еврейские корни своего отца, выдавая его за украинца.

Вспомнил я также и о том, как в марте 1944 года приезжал в Армавир и впервые встретил родителей Леночки. Мать её, по виду, оказалось вовсе не гречанкой, а типичной пожилой армянкой. В Армавире ведь в то время жило до 60% армян. И снова загадка. Почему Леночка выдавала свою мать за гречанку?

А с армянами почти та же самая история, что и с евреями. Из всех национальностей, проживающих на Кавказе, армяне самые умные, но у них и самая дурная репутация – в смысле всяких половых ненормальностей, которые в народе так и называют – "армянские штучки". Жертвой этого и стала бедная Леночка.

Ведь она, похоже, была армяно-еврейка, а это – самая взрывчатая смесь. Хорошим примером является чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров, у которого отец – еврей Вейнштейн, а мать – армянка Каспарова. Его победы в шахматных чемпионатах говорят за то, что голова у него хорошая, но то, что его бросила уже 6-я жена, говорит о том, что в штанах у него – не всё в порядке. Это – как бы цена шахматной короны. По золотой формуле профессора Ломброзо.

Проверил я тогда и боковые ветви семейного древа Леночки. Ее старшая сестра Ирина была инженером-строителем, с мужем она развелась и у нее осталась дочь Елена, которая тоже стала инженером-строителем, у которой было двое детей – сын Роман и дочка Наташа. Сейчас все они уже взрослые люди, все с высшим образованием. Ирина с внуком Романом живет в Ростове-на-Дону и с удовольствием читает мои книги. Похоже, что здесь все в порядке.

Младший брат Леночки – Геннадий. У него – жена и дочь, тоже Леночка. Видимо, у них там был прямо культ моей Леночки. Позже у Геннадия родился сын Виктор. Три поколения потомков, у всех по двое детей. Казалось бы, все в порядке. Все потомки с высшим образованием, все хорошие интеллигентные люди.

Почему же беда пришла только к моей Леночке? Похоже у каждой семьи свой генетический набор, так сказать генетическая лотерея. При рождении каждого ребенка генетический котел перемешивается и каждый ребенок получает свой набор генов, и в этой лотерее моей Леночке выпал черный билет. Как говорится, судьба...


Вспоминаю я, как когда-то в молодости, были мы с Леночкой так счастливы, и у меня на глаза наворачиваются слезы. Но старый солдат не должен плакать...

Царство тебе небесное, моя первая большая любовь, Леночка Берко!

26 апреля 2002г.


Следующaя глaвa
Перейти к СОДЕРЖАНИЮ