Григорий Климов. Имя мое Легион

Глава 19. Когда просыпаются мертвые

Что вы ищете живого между мертвыми?

Лука. 24:5

В домике по переулку Энтузиастов №22, что при игре в очко означает перебор и где жили Миллеры, однажды появилась милиция с обыском. Все чин чином – с понятыми и свидетелями. Руководил обыском капитан КГБ, вежливый, в роговых очках и со значками медицинской службы на погонах.

Обыск начали в комнате Нины и конфисковали там только одну вещь: красивую продолговатую коробочку с замочком и надписью: “Made in USA”. Это был подарочек от американской ведьмы Доки Бондаревой, с которой Нина одно время дружила.

Когда капитан КГБ открыл эту коробочку, понятые и свидетели только ахнули. И потом среди соседей еще долго шушукались, что за чудо нашли у очаровательной девушки Нины, которую все считали образцом благовоспитанности. В коробочке лежал один из секретных инструментиков психологической войны, которым ведьмы пользуются, чтобы превращаться в мужчин. Это был огромный, твердый, розовый резиновый потц со специальной упряжью, чтобы ведьмы могли пристегивать его вокруг бедер.

Через несколько дней Нину Миллер вызвали в Главное управление КГБ на Лубянке. Там ее встретил тот же капитан КГБ, на погонах которого поблескивали змейки, обвившиеся вокруг чаши с ядом. Капитан улыбнулся и сказал:

– Меня зовут Сафаров. Санитарно-политическая служба КГБ. Так вот, Ниночка... Поскольку вы лесбиянка с садистскими наклонностями, то есть ведьма, то в доброе старое время, при Сталине, мы таких ведьм загоняли в Сибирь, в концлагеря. Но теперь у нас гнилой либерализм. Поэтому, поскольку ваш отец еврей, то все ваше ведьмачье хозяйство высылается в Израиль. В порядке санитарно-политической профилактики.

Доктор взял со стола папку:

– Чтобы не было всяких фиглей-миглей и шахер-махеров, вот вам ваше личное дело. А теперь пройдите в соседнюю комнату и ознакомьтесь с этим делом.

В современной авангардной литературе есть так называемые антироманы и антигерои. Нечто вроде такого антиромана представляло из себя и личное дело Нины фон Миллер. В папке были фотокопии документов, протоколы допросов свидетелей, медицинские формуляры. Сверху лежала родословная Нины, составленная на основании этих материалов.

Мама Милиция Ивановна любила рассказывать, что их бабушка Ираида Феодоровна когда-то была богатой помещицей, ходила в лес по грибы да по малину, вечерами дворовые девки пели да плясали хороводы, бабушка попивала чай из самовара, а галантные кавалеры целовали ей ручку. Все как в красивом романе.

Но в папке, как в антиромане, было совсем другое.

Бабушка Ираида Феодоровна до революции была не помещицей, а содержательницей публичного дома, бандершей. Вокруг нее пели да плясали проститутки, бабушка хлестала водку, а воры да сутенеры целовали ей ручку.

Дальше шли технические детали. Бабушка была родом из семьи, принадлежавшей к секте молокан. А название этой секты берет свое начало вовсе не от слова “молоко”, как думают некоторые, а от греческого слова “malakoi”, которое, со слов самого апостола Павла, означает гомосексуальность.

Мама рассказывала, что ее отец был из духовного сословия. А в папке, как в антиромане, стояло: исключен из духовного сословия за связь с сектой голиков-адамитов. Через этих голиков дедушка-расстрига познакомился с бабушкой-бандершей и стал ее мужем и компаньоном в публичном доме. У дедушки была болезненная потребность наблюдать то, что делает его голая клиентура. В медицине это называется эксгибиционизм и войеризм.

Несмотря на такое обилие соблазнов, у бабушки была полная гарантия, что дедушка ей не изменяет. Просто потому, что сам-то он был импотентом, и ему не оставалось ничего другого, как подсматривать то, что делают другие. Кстати, все дети бабушки были не от дедушки, а от пьяных клиентов.

Итак, мама Милиция Ивановна была сделана по формуле – на чужом х... в рай проехать. Но Бога не обманешь, и мама выросла лесбиянкой. Активного, то есть мужского типа. Поэтому она и ведет себя как милиционер. Поэтому ее и называют не Милица, а Милиция Ивановна.

Дедушка по отцу был из евреев-выкрестов, купил себе поместье и таким образом стал помещиком и дворянином. Выдавал себя за немца – Миллер. От рождения хромал на левую ногу. Невротик, эксцентрик, игрок и спекулянт. Интересовался психиатрией Ломброзо. Сочувствовал народникам-террористам, а потом – скопцам и толстовцам. Часть завещания оставил сионистам, а другую часть – коммунистам.

Бабушка по отцу была из правоверной еврейской семьи, но убежала из дома и стала суфражисткой, то есть борцом за эмансипацию женщины. Курила, пила, наркоманила и лесбиянила. Страдала психическими расстройствами, писала футуристические стихи, интересовалась теософией мадам Блаватской и антропософией еврея Штейнера.

От таких дедушки и бабушки папа Миллер родился хорошеньким, как херувимчик. Но в его душе сидел бес суккуб, который превращает мужчин в женщин. Папа Миллер был гомо пассивного типа, то есть по виду мужчиной, а в душе женщиной. Поэтому-то он такой пассивный, ленивый и вечно сонный.

В семье Миллеров все было наоборот. Обычно говорят о красоте жены. А здесь папа как теософский херувимчик, а мама как жаба. Обычно муж старше жены. А здесь жена на десять лет старше мужа. Обычно муж выбирает себе жену. А здесь “активная” старая жаба женила на себе “пассивного” молоденького херувимчика. И потом всю жизнь попрекала его, что он такой дохлый, что он импотент, педераст и минетчик. Хотя она и сама была нисколько не лучше. Потому бедного папу и прозвали Гоняло Мученик.

Сбоку приписка красным карандашом: “Потому и говорят, что дьявол делает все наоборот”.

Почерк показался Нине знакомым. Ей даже почудилось, что это почерк Бориса Руднева.

Затем шли всякие мелочи из семейной жизни Миллеров. И все в стиле антиромана. В монну Нину влюбился соседский мальчик пятнадцати лет и такой же хорошенький, как ее папа в молодости. Этот мальчик был подрастающим минетчиком и мазохистом, он душой чувствовал, что Нина его дополняющая половина, и безумно страдал за ней. А Нина над ним только насмехалась.*

Зато в этого мальчика столь же безумно влюбился престарелый папа Миллер. А Нина уверяла всех, что ее папа втрескался в блудницу Магдалину, с которой Нина рисовала рубенсовских женщин и одновременно крутила лесбийский романчик. Но маму, конечно, не обманешь, и из-за этого получился семейный скандальчик. Мама на старости лет приревновала папу к глупому мальчику, а бедный папа заболел черной меланхолией и глотал всякие таблетки.

Внизу примечание красным карандашом: “Положение более безвыходное, чем в романе Сартра “Без выхода”. Характерно, как в семье повторяется тот же самый цикл – как карма”.

И опять почерк показался Нине до странности знакомым.

Затем шли всякие данные о странной дружбе между семейством Миллеров и семейством князя Шаховского. Как в молодости Милиция Ивановна была близка, очень близка с княжной Зинаидой Гершелевной Шаховской. Кукушкины яйца князя Шаховского: кисейная барышня и криптоеврейка, лесбиянка и садистка, зачитывавшаяся романами Чарской, воспитанница института благородных девиц, которая пошла работать в ЧК и стреляла там людей, а потом попала в Сибирь и стала княжной Сибирской. А теперь просто полусумасшедшая старая дура, живущая на чердаке в Березовке.

Пока мама Миллер лесбиянила с княжной Шаховской, папа Миллер педерастил с колченогим князем Шаховским. Тоже криптоеврей. Этот вундеркинд с трудом окончил школу для дефективных, потом выдавал себя за героя Перекопа, пока не попал в Сибирь и стал князем Сибирским. Вот этот французский четырехугольник очень легко маскировался просто дружбой между двумя семьями. Правда, все это было в молодости. А теперь князь Шаховский-Сибирский просто колченогий старый придурок.

Внизу приписка красным карандашом: “Вот цена того успеха, который обещает князь мира сего, имя которому легион, и который есть лжец и отец лжи”.

В папке лежала также серия фотографий, снятых секретной камерой, где Нина была сфотографирована со всеми своими лесбийскими подругами в самых интимных позах. Тут и Лиза Шварц-Чернова, теперь княгиня Горемыкина-Оболенская. И Фуфочка из дома чудес. И даже блудница Магдалина. А позы такие, что похлеще, чем в самых лучших порнографических журналах.

Когда Нина закончила листать свой антироман, она чувствовала себя так, словно ее раздели догола. На папке стоял штемпель “13-й отдел КГБ”. И она понимала, что возражать и сопротивляться бесполезно: в 13-м отделе, который занимается санитарно-политической профилактикой, ее раздавят как тифозную вошь.

Затем ее отправили на медицинскую комиссию, где ее действительно раздели догола. Врачи в белых халатах, из-под которых выглядывала форма КГБ, делали пробу крови, пробу эпидермиса кожи, каковым путем теперь проверяют на гомосексуальность, и еще целую кучу проб и анализов, включая и подробнейший гинекологический осмотр. Потом ее фотографировали анфас и в профиль, как для криминального альбома, и даже сняли отпечатки пальцев.

После всех этих процедур ведьму Нину посадили в лифт и отвезли на верхний этаж. Большая комната, где до самого потолка идут панели из какого-то редкого дерева. Вместо обычных портретов вождей по стенам висят картины древних храмов майя и ацтеков, ритуальные маски индейцев, чучела диковинных тропических животных. Полки с книгами и мягкие кожаные кресла. Комната походила на уютный кабинет профессора антропологии.

А за большим письменным столом человек в генеральской форме КГБ. Когда Нина посмотрела в лицо генерала, ей показалось, как в тумане, что он похож на Бориса Руднева. Но это был совсем другой человек. Форменная серо-голубая рубашка с черным галстуком. Вокруг рта залегли тяжелые складки. На плечах генеральские погоны со скрещенными топориками техслужбы КГБ. А на столе личное дело Нины. И холодное отвращение в глазах.

– Что ты стоишь, как соляной столб? – сказал генерал. – Садись.

Не ожидая ничего хорошего, Нина осторожно присела в кресло. Генерал постучал карандашом по папке с ее личным делом:

– Итак, ведьму Нину поймали с поличным. И высылают за границу. А я человек сентиментальный. Вот я и решил попрощаться.

– Борис, ведь я говорила тебе, что я большая дрянь. Но всего этого, – она кивнула на серую папку, – этого я и сама не знала...

– Итак, Нине фон Миллер не нравится ее родословная? Но я могу это переменить. Как прощальный подарок.

– Ты переменишь мне документы?

– Нет, дело немножко сложней. – Генерал играл пальцами по столу. – Когда-то ты рекомендовала мне послушать оперу Галеви “Жидовка”. Ты помнишь, в чем там дело?

– Да, немножко... У какого-то средневекового графа цыгане украли ребенка. Потом, когда граф уже состарился, ему говорят, что местный раввин знает, где его ребенок. Но раввин молчит. Тогда граф приказывает инквизиции арестовать единственную и любимую дочь раввина. Но раввин молчит. Тогда эту дочь сжигают на костре. Граф говорит: “Ну а теперь ты скажешь, где мой ребенок?” Раввин показывает на догорающий костер и говорит: “Вот она – твоя дочь!”

– Да, поскольку Галеви сам еврей, то он это дело знает. А дело это заключается в том, что евреи, будучи самым дегенеративным народом на земле, частенько берут приемных детей – и потом выдают их за своих. И эта опера “Жидовка” навела меня на мысль...

Генерал сидел и задумчиво листал личное дело Нины.

– Одна сестра твоей матери, Агнесса Ивановна, родилась калекой с искривленным позвоночником. Замужем не была. Ребенок сделан путем непорочного зачатия, но дочка Катя, твоя кузина, родилась косоглазая. Вторая сестра твоей матери, Диана Ивановна, замужем, но брак бездетный. А твоя мать вышла замуж за беглого еврея-выкреста. У твоего отца-еврея есть еще брат, который женат, но брак бездетный. Характерная картина засыхающего семейного дерева.

Нина судорожно сдвинула брови. Генерал откинулся в кресле, закурил трубку и тяжело вздохнул.

– Чтобы выправить твою родословную, мне придется воскресить мертвых. Помнишь кукушкины яйца князя Шаховского? Ведь и в этой семье тоже один из вариантов оперы “Жидовка”. Но дело вот в чем: ты говорила, что у колченогого князя Шаховского-Сибирского когда-то был романчик с женой одного офицера НКВД. Когда офицер это узнал, то жену он застрелил, а этого хромого идиотика и его сестрицу Зинаиду Гершелевну загнал в Сибирь. Помнишь?

– Да...

– Гак вот, недавно я допросил эту Зинаиду Гершелевну. Как я и ожидал, роман с женой офицера был не у князя Сибирского, а у его сестрицы, которая тогда была генералом НКВД. Лесбийский роман. Но когда я нажал на Зинаиду Генриховну, то я узнал еще кое-что. Скажи, ты единственный ребенок у твоих родителей?

– Да...

– Так вот... Сначала у твоей матери было двое мертворожденных детей. А третий был монголоидным идиотом, который тоже вскоре умер.

Нина отвернулась и смотрела в окно. Там ярко светило солнце и откуда-то издалека доносились гудки автомобилей.

– Тогда твои родители решили взять приемного ребенка. Поскольку детские дома тогда входили в юрисдикцию НКВД, то они обратились за содействием к Зинаиде Гершелевне. А Зиночка просто взяла и отдала им ребенка убитой жены того самого офицера.

В голосе генерала звучали усталость и горечь. Нина настороженно повернула голову:

– Так, значит, я приемный ребенок?

– Да... Этот ребенок жил у родителей жены в Березовке. Но они не любили этого ребенка, так как считали его отца убийцей их дочери. Поэтому они охотно отдали ребенка Зиночке, а отцу сказали, что он умер от воспаления легких. Работая в НКВД, Зиночка замела все следы – свидетельство о смерти, похороны и так далее... А теперь она мне во всем этом призналась.

Нина недоверчиво подняла брови:

– Значит, ты знаешь, кто мой отец?

– К сожалению, знаю.

– Кто он?

– Хм... Твой отец – мой родной брат.

Нине показалось, что чучело черепахи, которое висело на стене, вдруг ожило и зашевелилось. А ритуальные маски индейских жрецов как-то странно улыбаются. И рядом кто-то говорит:

– Это означает, что ты моя родная племянница. А я – твой родной дядя. Это означает, что я был влюблен в мою племянницу, что я целовал мою родную племянницу, что я чуть не женился на собственной племяннице. Ведь это кровосмешение. Как у Гитлера с Гели Раубаль. Но какой черт впутал меня в это грязное дело?

Генерал тяжело поднялся из-за стола и шагал из угла в угол.

– Борис, но ведь Зиночка сумасшедшая. Может быть, она ошиблась?

– О, не-ет. У нас есть такие средства, что не только сумасшедшие, но и мертвые заговорят. И говорят правду. Я проверил – и все это, к сожалению, так.

Нина сидела и рассматривала своего нового дядю, который угрюмо шагал по комнате. Ведь он действительно воскресил мертвых. И было видно, что он заплатил за это частью своей собственной души.

– Борис, а где он сейчас – мой отец?

– В точности, как в опере “Жидовка”. Твой отец – советский граф, красный кардинал. Он очень любил твою мать. А она испортила ему всю жизнь. Красный кардинал знал, что получится из тебя. Он любил тебя, но известие о твоей смерти было для него выходом из горького тупика. То, что ты жива, – для него только лишнее горе. И не будем бередить старые раны. Так что... забудь о нем.

– А почему он застрелил мою мать?

– Твоя мать, Ольга, была очень красивая двуполая ехидна. За спиной мужа она крутила лесбийский роман с Зиночкой, княжной Шаховской и генералом НКВД. Но потом Ольга стала изменять и княжне. Говорят, что она спуталась с женой самого Сталина (см. книгу “Мемуары” Максима Литвинова с предисловием профессора истории Е. Карра и генерала Беделла Смита, американского посла в Москве и затем начальника американской разведки Си-ай-эй. Изд. Морроу, Нью-Йорк, стр.169-170). Тогда у княжны взыграла ее психованная еврейская кровь – и она застрелила Ольгу из пистолета ее мужа. И обставила это так, как самоубийство. Но потом все это выяснилось. Вот за это-то Зиночку и загнали в Сибирь.

Затем Нина узнала, что от перестановки слагаемых сумма не меняется. Ее мать, Ольга, выдавала себя за полуеврейку, только по матери. Но в действительности ее отец был таким же беглым евреем-выкрестом, как папа Миллер, и так же скрывал это. В результате и так и этак по крови она, Нина, является полуеврейкой. Потому-то криптоеврейка Зиночка передала полуеврейского ребенка в полуеврейскую семью.

– Генеалогия почти такая же, как у товарища Ленина, – кисло сказал дядя-генерал. – Помесь сатаны и антихриста. Он щелкнул зажигалкой и швырнул ее на стол.

– Твой отец был нормальным человеком. А твоя дурная наследственность идет от твоей еврейской матери. К сожалению, гнилая кровь, как яд, сильнее здоровой крови.

– Борис, – тихо сказала Нина. – Но ведь я любила тебя... почти по-настоящему.

– Да, почти... Любовь садистки – это вещь довольно специфическая. Как кошка с мышью. Потому ты все время и твердила: “мой маленький”, “мой мышоночек”. И твои поцелуи – ведь твои глаза загорались только тогда, когда у меня из губ текла кровь. Поцелуи с привкусом крови. В медицине это называется вампиризмом. И эту дрянь я любил как богиню! И считал себя любимцем богов!

Бывший любимец богов печально покачал головой:

– Я охотился за идеальной советской девушкой нового типа – гомо совьетикус. И что же мне черт послал? Гомосексуалистку! Лесбиянку!

Бывший охотник за гомо совьетикус смотрел на Нину хинным взглядом и словно разговаривал сам с собой:

– Н-да, высокая девичья грудь, тонкая талия и тяжелые бедра здоровой самки. И такая чистая, как у ребенка кожа. Которую так приятно целовать. А на самом деле – это белладонна. Красавка. Бешеная вишня. Сонная одурь. Та самая, о которой говорят: не троньте эту пакость – плакать будете.

Он выбил пепел из трубки в большую бронзовую пепельницу:

– Но чтобы понять все эти премудрости, сначала нужно побывать в ослиной шкуре.

Затем генерал госбезопасности вспомнил что-то и поморщился, как от зубной боли.

– А ведь я держал тебя на своих руках, когда ты была еще грудным ребенком... Кормил тебя из бутылочки... Играл с тобой вауньки-вауньки... Вытирал твои первые детские слезы... Потом ты умерла, и по тебе даже отслужили панихиду... Чтобы спасти твою грешную душу...

Он остановился посередине комнаты и закинул руки за спину.

– Теперь я оживил тебя. Но ты живой труп. И в твоих жилах трупный яд. Я высылаю тебя из страны. Даю тебе путевку в новую жизнь. Я нарочно показал тебе родословную – и одну, и другую. Чтобы ты знала, чем это кончается, когда люди делают гешефты с дьяволом.

Генерал оперся руками о стол, и на его погонах блеснули скрещенные топорики советской инквизиции.

– Запомни только одно, ведьма Нина. Если когда-нибудь тебе придут в голову какие-нибудь глупые мысли. Имей в виду, что с нами шутки плохи. Мы умеем не только оживлять мертвых, но и наоборот. Первый раз я держал тебя в руках как ребенка. Второй раз – как женщину. Но третий раз в мои руки не попадайся. А руки у нас длинные. И помни – слово мое крепко.

Машина 13-го отдела КГБ работала быстро. Тот же капитан в роговых очках и со змейками на погонах вручил Нине заграничный паспорт с израильской визой, потом полез в стол:

– Я еще должен вернуть вам вашу собственность. Распишитесь в получении.

И он протянул Нине злосчастную продолговатую коробочку с замочком и надписью “Made in USA”. Это был тот самый секретный инструмент психологической войны, при помощи которого ведьмы превращаются в мужчин.

Вскоре теремок по переулку Энтузиастов, №22, что при игре в очко означает перебор, опустел. И случайные прохожие даже не знают, что когда-то здесь жила спящая красавица Нина Миллер, идеальная советская девушка нового типа, которая оказалась ведьмой.

* * *

Судьбу остальных чудиков из дома чудес, недоделков из Недоделкино и прочих бесов агитпропа можно было бы, конечно, и не описывать. Но тогда будет пробел в сатановедении. Ведь дьявол дегенерации, ангел смерти – это медленная смерть, растягивающаяся на несколько поколений.

И чтобы понять эту путаную штуку, нужно посмотреть на всю жизнь данного легионера. А еще лучше – целой группы легионеров. Так как они, подобно микробам, всегда собираются в группы или цепочки. Как бледная спирохета у сифилиса. А поскольку это штучка наследственная, то нужно еще покопаться в их дедушках и бабушках, внуках и правнучках.

Только тогда вы получите ключи познания к тем проблемам добра и зла, счастья и несчастья, ума и безумия, жизни и смерти, которые испокон веков называют Богом и дьяволом. Только тогда вы узнаете, где правда – и где кривда.

Если кто подумает, что по спецпроекту “Агасфер” 13-й отдел КГБ засылал на Запад своих агентов, тот глубоко ошибается. В большинстве случаев никаких инструкций эти агасферы не получали. Но без дела они сидеть не будут. Весь фокус в том, что они будут делать. Безо всяких инструкций эти легионеры-кинсианцы, в которых заложены комплексы разрушения и саморазрушения, будут гадить, путать, портить и разрушать все, за что бы они ни взялись.

Потому-то философы и говорят, что дьявол – это первый антихрист и нигилист, что это Никто и Ничто, но это Ничто ничтожит. И все это прекрасно знали в мозговом тресте профессора Руднева, который посадил этого дьявола на цепь и заставил его служить советской власти.

Трупный яд декаденции – и революции – пришел в Россию с Запада. А теперь 13-й отдел КГБ просто бросал этих дохлых кошек соседу через забор. Долг платежом красен.

* * *

Французскую Лизу и Котика, то есть князя и княгиню Горемыкиных, тоже пустили по конвейеру спецпроекта “Агасфер”. Их выслали просто потому, что оба они были гомо совьетикус. Ведь на Западе спорят о гомо совьетикус. Ну вот и прекрасно, пусть сами посмотрят, что это такое.

Кроме того, княгиня Лиза официально считается полуеврейкой, мемзерихой. А евриканская и еврипейская пресса с пеной у рта кричат, чтобы советских евреев выпускали в Израиль. В результате князю и княгине Горемыкиным пришлепнули израильскую визу и отправили в путь-дорогу.

Однако княгине Лизе вовсе не хотелось собирать апельсины в кибуцах. А князю Горемыкину еще меньше хотелось воевать за великий Израиль от Нила до Евфрата. Поэтому вместо Израиля они вскоре очутились в другой земле обетованной – Америке. Потому-то этот спецпроект и назывался “Агасфер”, то есть “Вечный Жид”.

В Америке князь Горемыкин честно признался, что его профессия – это “три буквы”, знаете, всякие хитрые органы. А княгиня Лиза заявила, что она, как новейший представитель 3-й евмиграции, хотела бы работать на “Голосе Америки”, чтобы помогать советским диссидентам в их борьбе за свободу и права человека.

Как полагается в таких случаях, американские хитрые органы устроили им психологическую проверку с помощью Роршах-тестов, где посредством чернильных пятен, анкет с незаконченными предложениями, интимных интервью на сексуальные темы и прочих хитростей выясняют эдипов или матерный комплекс, фрейдовский-ротовой эротизм, анальный или заднепроходной эротизм, как говорят, армянские шутки и прочие щекотливые комплексы, необходимые для научного психоанализа данной личности.

Князь и княгиня Горемыкины знали все эти армянские шутки гораздо лучше экзаменаторов и выдержали экзамен с таким успехом, что американские хитрецы из хитрых органов запрыгали от радости. Первоклассные психи! Да еще советские, да еще свеженькие! И новых агасферов сразу же включили в систему американской психвойны.

Князя Горемыкина взяли на работу в Си-ай-эй, где легионеры играют такую же роль, как в СССР компартия. Замаскировавшись как переводчик госдепартамента, он разъезжал с советскими делегациями, которые приезжали в США в порядке обмена научными силами. Его задачей было вынюхивать из состава советских делегаций таких же легионеров, как он сам, и сообщать результаты в Си-ай-эй. А попутно и в 13-й отдел КГБ.

Тем временем княгиня Лиза стучала на пишущей машинке на радио “Голос Америки” в Вашингтоне и уверяла всех, что она не просто машинистка, а советская писательница-диссидентка.

Потом французская Лиза забеременела. Уже на следующий день она трезвонила об этом, как о событии мирового значения, и даже пыталась включить эту новость в программу радиопередач “Голоса Америки”. А князь Горемыкин от этого известия морщился и корчился так, словно у него родовые схватки.

В темные времена бывало, что крестьянки рожали за работой в поле, прямо на меже. Зато княгиня Горемыкина рожала по всем правилам американской науки и техники. За два месяца до родов она уже слегла в госпиталь. По обеим сторонам постели висели какие-то сосуды с трубочками. Эти трубочки Лизе повставляли во все те места, которыми она грешила и даже не грешила. И два месяца по этим сосудам и трубочкам, как на химическом заводе, циркулировали всякие жидкости.

В некоторых странах, когда рожает королева, по закону – чтобы не подменили наследника – при родах присутствует целая куча свидетелей. Княгиня Горемыкина рожала своего ребенка почти как королева. В качестве свидетелей собрали целую кучу студентов-медиков. Чтобы они посмотрели, как не нужно рожать.

В темные времена французская Лиза и ее ребенок просто сыграли б в ящик. Но на данном этапе науки и техники новорожденного включили в сложную систему сосудов и трубочек и еще два месяца качали всякие химикалии. В результате восторжествовал прогресс науки, и в мире прибавилось еще одним легионером.

Выйдя из госпиталя, мемзериха Лиза устроила пышные крестины. Священник читал молитвы, где просил Господа Бога изгнать из новорожденной души дьявола, бесов и всякую нечисть. А княгиня Горемыкина стояла рядом с видом победительницы.

Потом Лиза начала уверять, что у нее не ребенок, а настоящий вундеркинд. И действительно, с ее сыном творились чудеса. Когда другие дети начинают ходить, вундеркинд все еще ползал. Когда обычные дети начинают говорить, вундеркинд только мычал. Кроме того, вундеркинд упорно путал свой ночной горшок с тарелкой для еды.

Французская Лиза смотрела на все это с трепетанием в душе. Будучи ведьмой, она знала тайный смысл народной поговорки: “Почему тебе в жизни так везет? Ты что, в детстве г... ел?” Ведь такие вещи частенько встречаются у будущих гениев. Ведь нечто подобное было в детстве даже у гениального товарища Ленина.

Но по мере того как вундеркинд подрастал, ведьма Лиза немножко притихла. Дело в том, что подобные явления встречаются у гениев или кретинов. В пропорции один гений на сто тысяч кретинов. И ведьме Лизе становилось ясно, что в этой лотерее она вытянула не гения, а что-то другое.

Потому-то знаменитый диссидент-дурдомщик Валерий Тарсис и уверяет, что на дне души каждого гения сидит кретин. Да, но это вовсе не означает, что каждый кретин – это гений.

Ведьма Лиза прекрасно знала, что детей ей лучше не иметь. Но она вовсе не хотела оставаться бездетной старой девой. Фу, чтобы люди потом пальцами показывали? И она решила сделать ребенка любой ценой. И вот, как в насмешку, ее желание исполнилось с избытком: она получила вечного ребенка, какого-то умственно отсталого, инфантильного, с матерным комплексом, который всю жизнь будет держаться за мамину юбку.

Конечно, многие легионеры, у которых совесть такая же нечистая, как у ведьмы Лизы, станут уверять, что все это совсем не так. Скажут, что это просто случайность, слепая генетическая комбинация, аминокислоты, влияние радиоактивности, атомных экспериментов и прочие абстрактные факторы.

Так или иначе, ведьма Лиза думала, что она перехитрила всех – и Бога, и дьявола. А получилось немножко иначе. Не помогли ни американская наука и техника, ни фальшивое крещение с молитвами. Оказывается, что Господа Бога перехитрить не так-то просто.

Чтобы быть объективным, нужно заметить, что к делу производства кретинов князь Горемыкин был совершение непричастен. Княгиня Лиза сделала все сама. Чтобы понизить шансы легионизации, она делала ребенка не от мужа-легионера, а, так сказать, модернистским способом – искусственным путем.

Конечно, Лиза не обращалась за советом к средневековым алхимикам, которые когда-то пытались сделать человека из реторты или гомункулуса. В современных культурных странах эта проблема разрешена в форме искусственного осеменения. А в менее культурных странах по этому поводу говорят “пальцем деланный”. Обычно это говорят, когда видят такого гомункулуса, какой получился у ведьмы Лизы.

Княгиня Лиза делала ребенка от чужого дяди. Хотела, как говорится, на чужом х... в рай проехать. Но получилось немножко не по плану.

Если кто думает, что, сделав одного гомункулуса, Лиза на этом успокоилась, тот глубоко ошибается. Ведь Лиза была немножко еврейкой. И недаром говорят, что евреи находят выход из любого положения. Поэтому, когда Лиза убедилась, что первый ребенок явно дефективный, она опять забеременела.

А когда подошло время рожать, она поехала в Западную Германию. И вскоре у нее появилась прелестная новорожденная дочка.

– Смотрите! – сияла Лиза. – Такая белокурая. В точности, как я! И роды были такие легкие...

На этот раз роды были действительно легкие. Лиза просто повыбрасывала из-под платья всякие тряпки, с помощью которых она имитировала беременность, а потом отправилась в приют святой Катерины, где монашки заботились о подкидышах, и взяла себе там приемного ребенка. Конечно, княгиня Горемыкина никогда не признается, что ее белокурая дочка – это ребенок безвестной немецкой прислуги.

В семье Лизы Абрамовны Черновой-Шварц это была своего рода семейная традиция, и мемзериха Лиза просто пошла по стопам своей матери. В свое время Лизу тоже делали пальцем – и результаты получились плохие. А если вы поспрашиваете у знакомых, то вам скажут, что у Лизы есть еще младшая сестра – приемный ребенок, очень хороший человек и не такая стерва, как Лиза.

Но тут возникает маленький талмудический вопрос: если отец Лизы еврей, а мать гойка, шикса, и если Лизу делали пальцем, то какая же она еврейка?

Вот потому-то в случае смешанных браков между евреями и гоями мудрые раввины, прекрасно зная все эти фигли-мигли, признают евреем только ребенка еврейской матери, но не еврейского отца. Сионские мудрецы знают, что такие смешанные браки обычно, в большинстве случаев, это браки не простые, а специальные. И если мать гойка, шикса, то тут нужно держать ухо востро. Правда, такие ведьмы, как Лиза, даже и раввинов обманут.

Вот вам и княгиня Горемыкина. Но ничего в этом особенного нет. По этому же пути пошли многие представители старого столбового дворянства царской России, многие испанские гранды и английские лорды, румынский король по имени Карол и даже претендент на престол Романовых. А потом бедных евреев обвиняют, что они занимаются всякими фиглями-миглями.

Почему ведьма Лиза поехала за своим приемным ребенком не куда-нибудь, а в Западную Германию? Да очень просто. Ведьма Лиза ведала, что после того, как байстрюк Гитлер почистил Германию в области чистоты расы, да еще уничтожал душевнобольных, гомосексуалистов, дефективных и всяких помешанных, каким он был сам, теперь там меньше шансов, что и приемный ребеночек может оказаться с подвохом.

Лиза ненавидела немцев всеми фибрами своей еврейской души. А за ребенком поехала не куда-нибудь, а именно в Германию. По первому закону марксистской диалектики – о единстве и борьбе противоположностей.

Теперь князь и княгиня Горемыкины живут в маленьком домике недалеко от Вашингтона. Если вы человек ординарный и попадете в этот экстраординарный дом, то не забывайте, что здесь все наоборот.

Княгиня набросится на вас как изголодавшаяся проститутка. Но не попадайтесь на эту удочку. Она вас использует, но вы ее – никогда. Лучше посматривайте, чтобы эта ведьма не испортила вашу жену.

Зато вместо княгини Горемыкиной вы довольно легко можете соблазнить ее мужа. Так что не смотрите на князя слишком пристально. Иначе он подумает, что вы им интересуетесь, и закокетничает, как красная девица. И ни в коем случае не расстегивайте при нем штаны. Иначе, чего доброго, князь упадет перед вами на колени.

Ведь в душе князя Горемыкина сидит бес суккуб, который превращает мужчин в женщин. А в душе ведьмы Лизы сидит бес инкуб, который превращает женщин в мужчин. Таким образом, они вполне гармоничная пара, знаете, муж-баба и жена-мужик.

Только не вздумайте говорить на эту щекотливую тему с ведьмой Лизой. Иначе она подсыплет вам в коктейль какую-нибудь гадость, вроде наркотика ЛСД. А потом, когда вы начнете бредить, она скажет: “Смотрите! Видите, ведь это ж сумасшедший!” Она эти фокусы уже несколько раз проделывала. И тут важно знать, что делать.

Тогда нужно взять и хорошенько двинуть княгине по зубам. Но учитывайте, что хотя на вид она и довольно молодая, но все зубы у нее вставные. Поскольку она ведьма, то у нее гнилая кровь, и уже в возрасте 20 лет ей пришлось повырывать все зубы, из-под которых сочился гной, и вставить искусственные челюсти. Потому-то, на вид, у нее такие хорошие и ровные зубки. Но когда будете бить ее по этим зубам, то смотрите, чтобы она их не проглотила.

Впрочем, если вы человек ординарный, то в дом княгини Горемыкиной вы вряд ли попадете. Как правило, там собираются люди более или менее экстраординарные, которые не любят, чтобы посторонние совали свой нос в их сложную жизнь.

Да и вообще лучше не заглядывайте по ту сторону добра и зла. А то увидите там такое, что тошно будет. Лучше плюньте, перекреститесь и пройдите мимо.

* * *

Гомо совьетикуса Остапа Оглоедова, сына Остапа Бендера, пустили по конвейеру спецпроекта “Агасфер” вместе со всем его многочисленным семейством.

В чемоданчике у Остапа лежал его заветный фрак. Это чтобы на Западе не подумали, что он быдло. А в карманчике фрака хранилась справочка из концлагеря, что он сидел там за педерастию. Остап слышал, что на Западе это играет такую же роль, как в СССР партбилет.

Его жена, динамитная Дина, ехала со своими тремя детьми от трех предшествующих мужей. Ее старшего сына, вора-рецидивиста, выпустили прямо из тюрьмы. Средняя дочка, косоглазая Таня, ехала со своим четырехлетним чертенком, которого она зачала в сумасшедшем доме. Младшая дочь Маша, которую все почему-то называли Мишкой, раньше походила на медвежонка, а теперь смахивала на медведя. Раньше она дралась с мальчишками, а теперь увлекалась боксом и везла с собой боксерские перчатки. А теща-террористка тащила корзину со своими нервными кошками, которые были такими же психопатами, как их хозяева, и все время мяукали.

Хотя все они выехали по израильской визе, но только один Иегова знает, почему они очутились не в Израиле, а в Нью-Йорке.

Как свеженький представитель 3-й евмиграции из СССР, байстрюк Остап сразу же получил работу по специальности в отделе скриптов на радио “Освобождение”, которое занималось освобождением России от большевиков при помощи троцкистов и меньшевиков. Заправлял этим радио некий американский комитет, который знающие люди называли евриканским комитетом. А в американской прессе писали, что вся эта лавочка финансируется американской разведкой Си-ай-эй.

Надо сказать, что американская психвойна была построена по тем же научным принципам, по которым работали в Научно-исследовательском институте – НИИ-13 и в 13-м отделе КГБ. Вся разница была только в том, что советской психвойной командовали профессора-психиатры в форме КГБ, а американской психвойной заправляли сами психи. Ведь когда начальник Си-ай-эй Аллен Даллес сидел и заправлял психвойной, его сын сидел в сумасшедшем доме. А в Библии по этому поводу говорится: узнаете их – по плодам их. И в 13-м отделе КГБ это прекрасно знали. А также знали, что каков поп, таков и приход.

Чтобы понять все загадки психвойны, нужно напомнить следующее. Ведь фрейдисты недаром говорят, что гомосексуальность и связанные с нею садизм и мазохизм, комплексы разрушения и саморазрушения, то есть убийства и самоубийства – это первопричина любой агрессивности и агрессии, начиная от самой обычной драчки мужа с женой и кончая всемирными революциями и войнами. А ведь психвойна – это тоже война. И без гомосексуальности тут просто не обойдешься.

Потому-то Гарвардский проект, лучший мозговой трест Америки, которым заправлял хитроумный еврей Натан Лейтес, и базировал всю американскую психвойну на комплексе латентной полупедерастии полуеврея Ленина, что является основной причиной большинства психических болезней.

Таким образом, работа дедушки Остапа на радио “Освобождение” очень похожа на его похождения на радио “Свобода”. Больше всего Остап любит выступать по радио как боевой советский полковник. Иногда этот гомо совьетикус так входит в свою роль, что стучит себя кулаком в грудь и вопит на гомо американус: “Мы – советские офицеры!”

Иногда этот радиополковник фигурирует в американских журналах как заслуженный советский диссидент, бежавший из концлагеря. Иногда – как советский атомный ученый, ближайший сотрудник академика Сахарова-Сахаревича. А по вечерам Остап, обложившись несколькими другими книгами, лихорадочно перекатывает оттуда свою книгу. И жалуется, что Сол Женицкер украл у него Нобелевскую премию.

Динамитная Дина печально качает головой:

– То, что Остап брешет, – это еще полбеды. Вся беда в том, что он своей же брехне и верит. Это уже расщепление личности – шизофрения.

– Это у вас у всех в голове перекос, – огрызается Остап. – По-научному это будет параллакс!

Всезнайка Остап уверяет, что все его коллеги на радио “Освобождение” в писсуаре тщательно прикрывают ладошками свои обрезы – новейшее оружие американской псих-войны.

– А я им свой советский обрез показываю, – говорит радиополковник Остап Остапович Оглоедов. – Ведь здесь это как партбилет.

Пожив в стране чудес Америке, Остап кое-чему подучился. В американском комитете были два больших босса, два бывших дипломата, которых почему-то повыгоняли из госдепартамента во времена Маккарти. А потом один из этих дипломатов, когда ему было уже около 60 лет, вдруг взял и женился на 20-летней дочери второго.

– Знаете, что это значит? – говорил всезнайка Остап. – Это значит, что в молодости эти дипломаты натягивали друг-дружку – и спереди и сзади. Но мы эти фокусы тоже знаем.

Потом дедушка Остап видит, что по этому же пути пошел и начальник “Голоса Америки”, который знающие люди называли “Голосом Атлантиды”. Этот старый троцкист, когда ему пошло на 60, тоже женился на 20-летней девочке. И Остап даже был у него кумом.

– Он этот трюк уже третий раз откалывает, – ворчал кум Остап. – А как это делается, можно прочесть в его книжке “Плач троцкиста”. Брак фиктивный, а дети дефективные.

После этого дедушка Остап задумался. Ему уже 55 лет, а его жена еще старше его, совсем старуха. Ведь он женился на ней только, чтобы замаскироваться. Но теперь все эти дети, хотя и чужие, повырастали, и сразу видно, что они все ненормальные. Нужно перемаскироваться.

– Что я, рыжий? – сказал Остап, почесывая свои рыжие патлы, – Нет, начинаем новую жизнь! Буду как Сол Женицкер!

Вскоре после этого дедушка Остап развелся со своей старухой и тоже женился на 20-летней девочке, которая работала вместе с ним в американском комитете, где крестным отцом был комплекс латентной педерастии товарища Ленина.

Чтобы понять все эти фокусы, нужно только знать статистику доктора Кинси – 37 процентов, где только 4 процента честных открытых гомо, а 33 процента и туды и сюды. А среди интеллигентных людей таких кинсианцев будет уже больше 50 процентов. Потому-то знаменитый писатель Рабле, умный монах, уже в 16 веке, задолго до Кинси, писал, что одна половина мира не знает, как живет другая половина.

Теоретически этим кинсианцам лучше не вступать в брак, во всяком случае с нормальными людьми, и еще лучше не иметь детей. Но практически им хочется казаться нормальными, быть такими, как все. И вот тогда-то начинается то, что называется грехами. А в результате этих грехов получаются сумасшедшие дома и тюрьмы, войны и революции, газовые камеры и концлагеря.

Нормальным людям все это и в голову не приходит. А кинсианцы занимаются своими грехами, и никто из них в этом, конечно, не признается. Так вот и старый педераст Остап просто женился на 20-летней минетчице из французских анекдотов, что означает латентную, или подавленную, гомосексуальность, те самые 33 процента доктора Кинси.

А нормальные люди, которые имеют глаза и ничего этого не видят, глядя на молоденькую жену Остапа, искренне ему завидовали:

– Эх, сразу видно, что настоящий мужчина! Сверхмужчина...

Новая жена Остапа была не только молоденькая, но и из очень хорошей семьи, из старого родового дворянства. А дедушка Остап был еврейским подкидышем, байстрюком. Но это тоже обычное явление. Ведь по этому пути пошел даже заграничный претендент на престол Романовых.

Вот потому-то она и погибла, бедная Российская Империя. Так вот и румынский король по имени Карол женился на еврейке мадам Лупеску. А вслед за этим погибло его королевство. Потому и говорят, что дохлая рыба с головы воняет. Вот вам и вся суть чистого марксизма. Ведь Карл Маркс все эти фигли-мигли прекрасно знал и сам тоже женился на баронессе.

С точки зрения чистого марксизма нужно смотреть не на марксистский “Капитал”, а на генетический капитал данной семьи, класса или народа. Только тогда вы поймете, что творится в нашем грешном мире.

Вскоре дедушка Остап, на старости лет, стал гордым папашей, и у него появилось двое деток. Но вряд ли Остапова жена такая дура, чтобы делать детей от Остапа. Ведь детей можно делать и пальцем, заказав семя у доктора или проститутки. Кстати, многие американские доктора мало чем отличаются от проституток: такие же дорогие и такие же бессовестные.

Кроме того, в случае таких браков детей можно делать еще так: на чужом х... в рай проехать. Ведь это не просто ругательство, а своего рода шифровка, тайнопись, орнаментальная проза. И все эти шифровки пустили в обиход сами легионеры-кинсианцы, исходя из собственного житейского опыта.

Так или иначе, Остаповым байстрючатам довольно легко предсказать их будущее. Для этого нужно только оглянуться на первую жену Остапа, динамитную Дину, и ее веселенькое семейство. Выбор там довольно богатый.

Оба деда динамитной Дины были алкоголиками, и оба повесились. Третий муж Дины был писателем и бросился под трамвай. Обе сестры Дины были чудачками и старыми девами: одна чудачка, в конце концов, попала в сумасшедший дом, а вторая чудачка была медсестрой и работала в сумасшедшем доме.

Старший сын Дины, вор-рецидивист, просто сменил советские тюрьмы на американские тюрьмы. Средняя дочка, косоглазая Таня, вместо советского дурдома теперь время от времени сидит в американском дурдоме. А бабушка Дина нянчит ее ребенка, четырехпалого чертенка, которого Таня зачала в дурдоме, и, подражая Пикассо, мазюкает модернистические картины, такие же запутанные, как их жизнь. В этом-то и весь смысл этого модернизма.

Отец косоглазой Тани был марсианином и работал на “Голосе Атлантиды”, извините, на “Голосе Америки”. Потом его разбил странный полупаралич: у него отнялась правая половина тела, в том числе правая рука и пол-языка. А суеверные люди говорят, что это его Господь Бог наказал, чтобы он не писал ложь и не говорил ложь по радио.

Младшая дочка Дины, Мишка, отец которой бросился под трамвай, сначала казалась нормальной, она даже вышла замуж и сделала ребенка. Но потом она спуталась с хиппи и наркотиками и сбежала из дома с какими-то неграми. А бабушка Дина нянчит ее ребенка и преспокойно мазюкает свои модернистические картины.

Видите, чем кончается весь этот модернизм. Потому-то царь Никита в свое время и орал, что это не модернизм, а г... собачье и что это не модернисты, а гомосексуалисты.

Остапову тещу-террористку Варвару Цезаревну Тыркову (просьба не путать с революционеркой А. Тырковой-Борман-Вильямс), которая в молодости была революционеркой и бегала с бомбами под юбкой, на старости лет разбомбил паралич. Лежит она в постели и делает под себя. Кроме того, она сошла с ума на сексуальной почве и беспрерывно ругается непечатными словами. Словно ее черти за язык дергают.

Люди смотрят на семью Дины и говорят: “Господи Боже, и за что им такое наказание?”

А все-то это за грехи отцов. И матерей тоже. Те самые грехи, которые в упрощенной форме сформулированы в непечатных ругательствах. Потому-то черти и дергают сумасшедшую тещу за язык, как пономарь за колокол.

Это только небольшая часть того ассортимента, который дьявол дегенерации имеет для Остаповых байстрючат. Но ничего этого вы так просто не увидите. Наоборот, вы увидите сверхмужчину Остапа с молоденькой женой и милыми детками. Потому-то философы и говорят, что у дьявола масса алиби и инкогнито.

Философы говорят, что дьявол склонен к экстремам. Потому-то первая жена Остапа походила на его мамашу, а вторая жена годилась ему в дочки. И еще философы говорят, что дьявол любит прятаться за самые лучшие человеческие качества. Потому-то дедушка Остап на старости лет и спрятался за спину такой молоденькой жены.

Но это видят далеко не все. Потому-то в Евангелии и говорится, что имеющие глаза – и не видят. Но все это прекрасно видели в 13-м отделе КГБ, где Остапу на прощание сказали:

– Смотрите, 13-й отдел шутить не любит...

Многим читателям будет, наверное, жалко расставаться с таким интересным человеком, как сын Остапа Бендера. Тогда нужно просто пойти на радио “Освобождение” в Нью-Йорке и спросить там Остапа Остаповича.



Следующaя глaвa
Перейти к СОДЕРЖАНИЮ